МИШПАТИМ /Законы/

И вот законы/мишпатим, которые ты /Моше/ положишь перед ними. /Шмот 21, 1/

Так начинается наша недельная глава. Почему сказано «и вот»? Разве не достаточно было бы сказать «вот законы»? Буква «и», на иврите «вав/ו» — особенная, её присутствие не бывает случайным. Если она стоит в Торе перед глаголом, то изменяет его время на противоположное. Иногда она отсутствует в слове, в котором должна быть. Например, если вместо שלום/шалом написано שלם, слово читается так же, но сведущие сразу понимают, что шалом/мир без буквы «вав» — это мир с изъяном.

В нашем случае «вав» называется соединительной/вав хибур. Её наличие означает, что у текста «и вот законы» есть крепкая связь с предыдущим отрывком, рассказывающем о строительстве жертвенника и о поведении коганим. «И вот законы» — речь идёт о законах, по которым должны жить люди, т.е. о законах правосудия. Разумеется, имеет значение и то, в каком месте люди вершат свой суд. В том случае, если человеческий суд находится рядом с жертвенником, есть надежда, что он будет справедливым. Поэтому пока существовал Храм в Иерусалиме, Сангедрин, высший судебный орган, находился рядом с большим жертвенником, в Доме Тёсанных Камней.

Итак, мишпатим – это законы, по которым изо дня в день должны жить евреи. То, что эти законы необходимо передать народу, не вызывает никаких сомнений. Но почему это сделано сразу после стояния у горы Синай? Только что весь народ пережил пик духовного просветления, связанного с «раскрытием Б-га» в этом мире. Каждый был поднят на такой высокий духовный уровень, когда в его силах было нечто не реальное — возможность «увидеть голоса». Родился народ, ощутивший свою избранность. Человечество получило царство священников!.. И вдруг — резкое погружение в сумрачные глубины быта, где самое важное — это вернуть потерянного бычка соседу и ни в коем случае не варить козлёночка в молоке его матери. Были на горных вершинах духа, а оказались рядом с глиняными горшками, наполненными пресной кашей…

Давным-давно, на заре моего возвращения к родным истокам, когда книги Гурджиева и Кастаньеды соседствовали у меня на полке с Пятикнижием, один из моих еврейских наставников сказал мне, что у евреев не принято спрашивать, веришь ли ты в Б-га. Если захочешь узнать, на сколько человек погружён в иудаизм, спроси, что он делает в шаббат. Помню, тогда мне показалось странным, что мой проводник в еврейство не сказал ни слова о важности веры, а то, что для меня было всегда интереснее всего — теологические дискуссии — особой ценности вообще для него не представляют. Гораздо важнее, что пакетик с чаем в субботу я должен положить во второй сосуд с горячей водой, если первым сосудом считать термос, в котором эта вода содержалась. Видимо, возвышенное отношение к жизни свойственно только юношескому максимализму, поскольку именно в пору своей юности еврейский народ у горы Синай ни за что не хотел покинуть духовные вершины и отправиться в степные просторы реальной жизни. Потребовалось вмешательство Всевышнего чтобы сдвинуть нас с насиженного и намоленного места:

Хватит вам сидеть у этой горы. Оборотитесь и двиньтесь, пойдите… ко всем соседям… в степи… /Дварим 1, 7/

Словом, от системы отношений «человек – Б-г», надо переходить к отношениям «человек – человек». Межличностные проблемы, отношения к материальной собственности, всевозможные ущербы – вот что становится реальным содержанием нашей жизни. Но пусть вас это не смущает, искры святости находятся всюду. И наша задача – это распознать их в обыденном и освободить от шелухи материальности. В этом заключается смысл нашего служения.

Невольно, в общем-то, не задаваясь этой целью, мы немного приблизились к пониманию того, как человек должен строить свой жизненный путь. Этот путь аналогичен пути народа. Вначале происходит встреча народа с Б-гом, я говорю о стоянии у горы Синай, что для человека сродни опусканию души в тело. Потом этот народ должен обрести среду своего обитания, Эрец Исраэль. Для человека же – это этап реальной жизни, в процессе которого есть возможность реализовать важнейшую задачу нашего пребывания в мире, возлюбить ближнего своего, как самого себя. А дальше наступает следующий, заключительный период, геула/освобождение и кибуц галуйот/собрание изгнанных на своей родине. Для личности — это возможная встреча с Б-гом, т.е. возвращение души в духовный мир. Круг замкнулся! Нас же в этом круге интересует та часть окружности, которую мы называем реальная жизнь. Именно за неё мы несём ответственность. В Вавилонском Талмуде «Бава Кама 30» наши мудрецы задают один очень любопытный вопрос: что является в этой жизни источником праведности человека. Есть три ответа. Первый даёт рабби Иуда, который утверждает, что праведным может быть тот человек, кто реализует законы из определённой части Талмуда, называющейся «Незеким/Ущербы». Второй ответ даёт Рава: праведен человек, живущий по предписаниям трактата «Авот». И третий ответ анонимен: праведен исполняющий предписания трактата «Брахот». Трактаты из «Незеким/Ущербы» во многом опираются на нашу недельную главу, то есть разбирают законы общественной жизни. Трактат «Авот» сосредотачивает своё внимание на этических нормах. Трактат «Брахот» занят вопросами молитвы, в нём наши мудрецы размышляют о человеке, стоящем перед Б-гом. Три мнения относительно источника праведности человека: его общественная жизнь, межличностные отношения, в которых он участвует, и жизнь его Души. Какой из них вам по сердцу? Не торопитесь с ответом. В молитве «Амида», которую евреи обязаны читать три раза в день, есть просьбы о дожде. Какое отношение имеет метеорология к душевному состоянию человека? В Израиле – самое непосредственное. На Земле Обетованной количество влаги, опускающейся с неба на землю, зависит от духовного состояния евреев, живущих там. Три источника праведности, определённые Талмудом, это три составные части единого целого, имя которому — Человек. Когда этот Человек покоряет свой Синай, он в первую очередь ищет внутреннюю гармонию. Но горная вершина — не место для жизни. Вершины покоряют с одной единственной целью, чтобы потом спуститься в долину к другим людям и поделиться с ними приобретенной гармонией. Гора и долина – части единого целого. Поэтому главы «Итро» и «Мишпатим» стоят рядом и соединены между собой буквой «вав». По существу, это одна глава.

Когда свиток Торы после чтения возвращают в Арон а-Кодеш, читают псалм Давида:

Кто /достоин/ взойти на гору Г-дню и кто – стать в место святое Его? Тот, у кого чистые руки и непорочно сердце, кто не склонял к суете души своей и не клялся ложно. Тот получит благословение от Г-да и справедливость от Б-га спасения своего. /Псл. 24, 4-5/

Чтобы иметь «чистые руки и непорочное сердце», нужно и подняться на горную вершину, и постараться выполнять заповеди из нашей недельной главы, тем самым освящая обыденную жизнь долины.

Шаббат Шалом! Раввин Михаил Коган.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

WordPress.com. Тема: Baskerville 2, автор: Anders Noren.

Вверх ↑

%d такие блоггеры, как: